В Барнауле женщина смогла получить компенсацию за травмы, полученные на гололёде

Во-первых, была наказана управляющая компания, и теперь свою территорию она чистит хорошо. А во-вторых, компенсацию женщине выплатит и краевая больница скорой медицинской помощи за неверный диагноз после травмы.

После травмы Оксана Мясоедова получила третью группу инвалидности. Случилось всё 3 декабря 2018 года. Выходя из подъезда собственного дома, женщина поскользнулась. На скорой её доставили в горбольницу № 11, где диагностировали двухлодыжечный перелом правой ноги. Через неделю Оксану выписали, рекомендовав в числе прочего ходьбу на костылях. В тот же день, 10 декабря, уже будучи дома, Оксана потеряла равновесие от резкой боли в спине. Опять скорая. На этот раз в горбольницу № 1, в народе – «Горку». По словам пострадавшей, ни КТ, ни МРТ, ни визуального осмотра никто не провёл. Ей сказали, что всё нормально, просто ушиб мягких тканей. Но через шесть дней Оксана вновь оказалась в горбольнице № 1 с невыносимыми болями в спине. И только тогда врачи разглядели то, что не увидели неделей ранее.

На КТ подтвердили перелом позвоночника 2-3-й степени компрессии и необходимость срочной операции.

По экстренным показаниям ей сначала прооперировали ногу. А перед операцией на позвоночнике рекомендовали самостоятельно пройти денситометрию, при которой измеряют плотность костей. 3 января 2019 года женщина сама записалась на процедуру в платной клинике, после которой рассчитывала вернуться в стационар – этот момент позже стал ключевым в защитной позиции больницы. Женщину просто выписали из больницы.

В судебном заседании у нас представитель ответчика, то есть больницы, говорит: ну она же не вернулась. Ну, во-первых, как можно было вернуться туда, откуда тебя уже выписали? Второе: как сегодня представитель пояснил – она самостоятельно ушла. Я говорю: хорошо, если она сама ушла, как вы утверждаете, сбежала из больницы, тогда человек работающий, где нарушения в больничном листе? Где отметка о том, что она покинула самостоятельно лечебное учреждение? Она нарушила тогда режим. Почему записи нигде такой нет? Почему ей больничный тогда в полном объёме оплачивается?

Людмила Жгун, юрист, руководитель Алтайской региональной общественной организации «Защита прав потребителей»

Четыре месяца после выписки Оксана провела дома в лежачем положении с переломом позвоночника. А после решила добиваться справедливости.

Для начала предъявила претензии к управляющей компании «Южком-Сервис»: хотела возмещения расходов на костыли, трости и санаторно-курортное лечение. Договориться мирно не удалось, пришлось пойти в суд, который установил: причинение вреда здоровью женщины стало возможным из-за ненадлежащего технического обслуживания придомовой территории.

Приходим в Центральный районный суд, проводится экспертиза, и устанавливается тяжкий вред здоровью. И взыскание у нас произошло 300 тысяч рублей моральной компенсации. Плюс тот заработок, который был недополучен – это утрата заработка, по больничным листам. Плюс компенсация лечения, которая в рамках страхового полиса не могла ей быть оказана, всё это у нас управляющая компания компенсировала.

Людмила Жгун, юрист, руководитель Алтайской региональной общественной организации «Защита прав потребителей»

А поскольку все четыре года Оксана Мясоедова ходит по больницам, реабилитациям и ждёт операции на позвоночнике, иск о компенсации морального вреда она предъявила и к краевой больнице скорой медицинской помощи – той самой «Горке». Назначенная судом экспертиза подтвердила: женщине поставили неверный диагноз, когда изначально перелом позвоночника приняли за ушиб мягких тканей. Медицинская помощь со стороны больницы признана ненадлежащей. Больница спорила с этим в судах двух инстанций.

«Поздняя диагностика (семь суток) перелома тела позвонка поясничного отдела не повлияла на тактику лечения и не могла повлиять на исход травмы как при консервативном, так и при оперативном лечении. Выявленная в рамках судебной медицинской экспертизы ошибка не свидетельствует об оказании истцу медицинской помощи ненадлежащего качества».

Сначала Октябрьский суд, а затем и краевой вынесли решение: краевая больница скорой медицинской помощи обязана выплатить своей бывшей пациентке 100 тысяч рублей компенсации морального вреда.

Свою проверку в больнице проводил и Росздравнадзор: нарушения в сфере охраны здоровья установлены, главврачу выдано предписание об устранении нарушений. Штрафа не было – истёк срок давности привлечения больницы к ответственности.

Сейчас Оксана ждёт очереди на операцию – позвоночник до сих пор не прооперирован. Она продолжает официально работать на станции скорой помощи, потому что и сама медик. Хотя большую часть находится на больничном.

Двор её дома теперь в шутку называют самым вычищенным – управляющая компания здесь работает регулярно.