В краевом Управлении ФСБ сформировали коллекцию материалов архивных дел с пометкой «Без срока давности»

Тяжесть некоторых проступков стирает время. Эти дела возбуждены с 1942 по 1948 год и не будут забыты никогда, потому что доказывают преступления пособников нацистского режима.

Сергей Пятунин, член Совета ветеранов УФСБ по Алтайскому краю, рассказал, что до сих пор продолжается эта работа, потому что для таких преступлений нет срока давности. Нужно, чтобы люди знали правду, причём в полном объёме.

Повязку с характерным символом носила жительница Троицкого района, переселенка на Алтай из Варшавы Чеслава Павляк-Снег. В архиве есть её шифрограммы резиденту немецкой военной разведки, который при провале и выдал свою агентуру. Она работала в абвере, её задержали и сначала приговорили к расстрелу, но потом Верховный суд заменил ей наказание на срок в десять лет.

Ещё одна явка была провалена в Заринском районе. В трофейных архивах нашли письменное согласие на сотрудничество, списки преданных осенью 1941 года советских людей. Приговор десять лет лишения свободы, ещё пять поражения в правах пересматривали в 1955 и 2003 годах и оставили без реабилитации.

Речь о гражданке Спирковой, впоследствии Городиловой, Марии. В Заринском районе она работала даже учительницей в начальных классах, рассчитывала здесь начать жизнь с чистого листа и посчитала, что её прошлая деятельность забудется.

В послевоенном Барнауле репатриантке из Венгрии Герте Зеель не удалось утаить работу переводчицей немецкой комендатуры, нашлись свидетели её участия в пытках жителей Днепропетровской области Украины. Если говорить об этой женщине, то она также пошла на добровольное сотрудничество, нанесла большой ущерб советским войскам, России. Отсидев 25 лет, в 1995 году Герта Зеель написала генеральному прокурору прошение о реабилитации, в чём Верховный суд России ей отказал.

Дом с виноградником в Николаевской области и 60 рейхсмарок в месяц за службу в СС в годы войны получала работница детсада леспромхоза Контошино Клара Баронская. Скрыться на Алтае не удалось, жизнь с чистого листа удалось начать только в латышском городе Ви́ляны после полного отбытия срока наказания.

И таких историй в архивах ФСБ достаточно.