Самая красивая дорога Алтая «Чуйский тракт» прошла столетний путь от конной тропы до современной автострады

Упоминавшееся в тысячелетних манускриптах северное ответвление Великого шёлкового пути прежде именовали «китайской дорожкой», Мунгальским трактом. Имя Чуи, знаменитого притока Катуни, он получил несколько веков назад. Самая красивая и коварная дорога Алтая. Одни заработали на ней несметные капиталы. Ещё больше было тех, кто сгинул на её поворотах.

Активно Чуйский торговый путь стал осваиваться после 1756 года, когда алтайцы вошли в состав России, присягнув на верность «белой императрице» Елизавете Петровне. Дорога на Азию сулила деловым людям привлекательные перспективы. Сначала связь с Монголией, входившей в состав Цинской империи Китая, держали через посредников - кочующий алтайский субэтнос, теленгитов. Русские в Чуйскую долину проникли в конце 18 века. Имидж высокоприбыльной дороги ей обеспечил купец Иван Хабаров. Перед перевалом Чике-Таман он построил заимку для склада товаров.

Трудность заключалась в том, что дороги (в ее современном понимании) до Монголии не было: от Бийска до села Мыюта (это в Шебалинском районе) можно было доехать на тарантасе, далее до Онгудая путь был колесный, а за перевалом Чике-Таман лишь узкая тропа соединяла русский и азиатский миры. Опасность представляли серпантины и бомы - высокие отвесные утесы, обрывающиеся к руслу реки.

Навьюченные животные срывались в пропасть, зачастую с проводниками. Товары везли не только на лошадях, нередко это были верблюды, появившиеся в Горном Алтае в качестве гужевого транспорта именно благодаря развитию Чуйской торговли. Многие купцы, съездив на Чую два-три раза и потеряв здоровье, от поездок отказывались. Баснословные состояния нажили лишь отчаянные авантюристы, не боящиеся рискнуть жизнью ради выгодного дела:

Деньги войдут в обиход не сразу. Изначально торговля носила меновой характер. Большой популярностью в Монголии пользовались изделия из меди и железа. Там практически отсутствовало кузнечное дело - и русские котлы, самовары, чайники, ножи, ножницы охотно скупались местным населением. Металл меняли на пушнину, овечью и верблюжью шерсть. Последние отправляли на Урал, на Ирбитскую ярмарку - место встречи сибирских и купцов из европеской части России.

Кош-Агач на русский язык переводится как «последнее дерево». Растительность здесь скудная, местность приравнена в районам Крайнего Севера, но именно этот суровый высокогорный край в 19 веке стал центром межгосударственной торговли. До середины века она велась полулегально. Пекинский договор 1860 года впервые позволил русским купцам посетить города северо-западной Монгологии - Улясутай и Кобдо.

Надо признать: в монгольских источниках деятельность «чуйских миллионщиков» оценивалась неоднозначно. С одной стороны, их обвиняли в чрезмерной алчности, мол, купцы цинично спаиваили коренное население и обманом меняли ничтожные безделушки вроде бус и зеркал на скот и дорогие меха. Их образы нарисовал Вячеслав Шишков в своих «Чуйских былях». С другой стороны, подчеркивалась энергия и инициатива русских коммерсантов.

Наследие чуйцев в Бийске - целый исторический квартал! Драматический театр, в прошлом - Народный дом, появился благодаря купцам Копыловым. Старший (Павел) детей после себя не оставил, а нажитые 300 тысяч царских рублей, (200 миллионов по нынешнему курсу) завещал племяннику Антону с условием пожертвовать часть суммы родному городу... В усадьбе Василия Гилёва две зимы над научными отчётами провел известный исследователь Алтая и Монголии Григорий Потанин.

Чуйцы по сути открыли Монголию для европейцев. Алексей Васенёв финансировал научные экспедиции, а сам во время торговых миссий собирал рукописи, предметы монгольского быта; большая коллекция буддийской пластики подарена Томскому университету. Фёдор Минин составил русско-монгольский словарь из 5 тысяч слов, которым позже пользовались учёные-востоковеды. А приказчики Николая Асанова отловили для известного биосферного заповедника «Аскания Нова» 12 чистокровных лошадей Пржевальского, чтобы впервые размножить исчезающий вид в неволе.

К меценатству купцов побуждали разные причины. Среди прагматических - каждый мечтал стать почётным гражданином, членом привилегированного городского сословия. Некоторые историки считают, что благотворительность определялась православной этикой: получаешь прибыль - поделись с ближним. И, наконец, служба купцов в органах самоуправления подталкивала к решению проблем, на которые не хватало городских денег.

А вот предприниматель из Онгудая Григоририй Варвинский хоть и был меценатом, в историю Чуйского тракта вошёл по иной причине. В Бийске Варвинский построил каменный особняк, в котором теперь расположен музей Чуйского тракта. Отсюда, с левого берега Бии, исторически начинала отсчёт дорога. В Онгудае, расположенном на полпути между Бийском и Ташантой, располагался первый таможенный пункт, первая в Горном Алтае почта, телеграф. Онгудай, по мнению сибирского учёного Сергея Швецова, стал «во многих отношениях центром Горного Алтая».

До конца XIX века на Алтай не раз приезжали чиновники и инженеры, составляли сметы. Но государство не спешило сюда вкладываться: расходов хватало на железные дороги. Сооружение колёсного тракта от Онгудая до Кош-Агача началось в 1901 году. Руководил работами горный инженер Иосиф Биль. На строительство самого опасного участка через гору Чике-Таман, которую за недобрую славу именовали Чёрт-Атаман, государство выделило 80 тысяч рублей, бийские собрали еще 10 (6 миллионов по нынешнему курсу). Спустя год этот участок стало возможным проехать на телеге. Прежде вокруг Чике-Тамана существовало множество вьючных троп.

Практически сразу стало очевидно: строилась дорога второпях, достаточной ремонтно-технической инфраструктуры не получила и прорывного наступления русской торговли на Восток не обеспечила. В 1911 году Чуйский тракт перешёл в ведение Министерства путей сообщения, и на Алтай направили экспедицию, которую возглавил будущий известный писатель, автор заметок «По Чуйскому тракту» и романа «Угрюм-река» Вячеслав Шишков. На Алтае инженер не расставался с блокнотом.
Шишкову надлежало определить оптимальное направление тракта от Бийска до монгольской границы, составить проектные варианты и выбрать экономически выгодный.

Шишков выполнил топографическую съёмку двух альтернативных маршрутов. День за днём с тяжёлым инструментом карабкались по скалам искатели, мокли, мёрзли, но метр за метром наносили путь на ватман. Это были сотни отметок, показывающие крутизну склонов, высоту перевалов, малейшие изменения рельефа.

Составленные экспедицией карты легли «под сукно». Строительство тракта отодвинула Первая мировая, революция и война гражданская.

Началом возрождения Чуйского тракта считают 1922 год, когда в Москве было подписано соглашение о дружбе народов - 26 мая путь из российского Алтая в монгольский получил статус дороги государственного значения. В 1923 году в Монгольскую народную республику пошли торговые караваны с советскими грузами... К расширению труднодоступных участков приступили в 1925 году.

О Чуйском тракте слагают песни, снимают фильмы. Сегодня федеральная дорога М-52 начинается в Новосибирске и финиширует в Ташанте, на границе с Монголией. Одетый в асфальт и бетон, Чуйский тракт пересекает три региона, петляет по долинам семи рек, меж горных хребтов и высокогорных степей. По версии National Geographic, он занимает пятое место в рейтинге красивейших автодорог мира.

Чуйский тракт - это путешествие не только в пространстве, но времени: 963 километра, выросших от конной вьючной тропы до современной автострады.