Переселенец из Германии променял современное жильё на домик в алтайском селе Топольном

В поисках места, где захочется остаться, Вячеслав объехал половину Сибири. Был и под Новосибирском, и на Байкале, и по Алтаю покатался немало. Но нигде не чувствовал себя так, как в Топольном. Пожив у знакомых пару дней, купил старенький домик с огородом. На него в итоге и променял современное жильё с земельным участком в Германии.

Там я жил в доме, который был взят в аренду, и за него надо было платить очень много денег. А здесь я этот домик купил, и за него я плачу только налоги. Жить можно, а зарабатывать много не нужно. Это меня раскрепощает, это меня освобождает. Нет денег, ну и ладно, пошёл в теплицу – надёргал.

Вячеслав Нойфельд, житель с. Топольного

Вячеслав Нойфельд родился, вырос и женился в России – в деревне в Оренбургской области, в семье российских немцев. В осознанном возрасте потянуло на родину предков – переехал в Германию с женой и детьми.

Уже там пережил развод и создал новую семью. Впрочем, к переломному моменту в своей жизни снова остался один. Почти 15 лет назад Вячеславу, как он утверждает, поставили страшный диагноз – «рак четвёртой стадии». От лечения он отказался.

На тот момент дом в Топольном у Вячеслава уже был. Вроде дачи – на лето. Он окончательно перебрался сюда. Вплотную взялся за ремонт дома, построил пилораму и гараж, купил КамАЗ, трактор, экскаватор и даже токарный станок.

Свой способ выздоровления Вячеслав стал транслировать широкой публике. И в Топольное к нему потянулись туристы. Для многочисленных гостей он своими руками строит дом. Для этого купил соседний участок. Между двумя двухэтажными зданиями сам прорыл подземный тоннель.

Возможно, его судьба привлекает и остальных переселенцев. Одним из первых семь лет назад стал «весёлый молочник» – американец Джастас Уолкер. За ним потянулись и другие фермеры-блогеры. Только за последние два года в Солонешенском районе на миграционный учёт поставлен 71 человек – жители других стран.

Едут целыми семьями. Все они хорошо знакомы и помогают друг другу. Но многие, говорят в администрации, вскоре уезжают. Почему? Никто не признаётся.