Всего за 2025 год правозащитник получил 2346 обращений. 650 из них или около трети – от родственников бойцов специальной военной операции. Значительная часть из них касалась поиска без вести пропавших и возвращения алтайских военнослужащих из украинского плена.
По словам Антона Васильева, в целом за прошлый год от семей участников СВО заявлений поступило на 20% больше, чем годом ранее. С какими ещё вопросами обращались в 2025 году жители края, правозащитник расскажет в ходе ежегодного отчёта на сессии краевого парламента, которая состоится на следующей неделе, 26 марта.Розыск военнослужащих у нас занимает лидирующие позиции среди всех тех обращений, с которыми обращаются семьи участников СВО. Так получилось, что именно у нас родственники ставят эти вопросы и на нас надеются. Речь идёт о сотнях обращений. При этом некоторая доля их них, порядка 30-40%, семьи, в том числе с военными комиссариатами, имеют косвенную информацию о том, что бойцы могут находиться в плену. Мы эту информацию передаём федеральному омбудсмену, а там уже вместе с Минобороны, спецслужбами уточняется статус, действительно ли человек находится в плену. Проверяются в том числе и неофициальные источники, потому что родственники чаще всего ими оперируют. Это соцсети, где они находят фотографии, видео, какие-то записи. Всё это берётся в работу. Поскольку это источник не самый достоверный, то информацию требуется подтвердить. Но нередко это приводит к положительному результату, когда в действительности военнослужащий оказывается в плену, ему статус этот присваивается. Ну, а там уже мы ждём возврата пленного военнослужащего. Также мне хотелось бы рассказать, как происходит возобновление общения с родственниками уже после освобождения военнослужащего из плена. Обычно, когда они приезжают на нейтральную территорию Белоруссии, им дают возможность по мобильному телефону связаться с родственниками, сразу же они делают первый звонок. По-другому не бывает. То есть никогда семью в неведении не оставляют. Первый контакт всегда происходит именно с родственниками, чтобы успокоить их, сообщить, что точно вернулся. Потом на некоторое время коммуникация может прерываться, пока военнослужащие проходят реабилитацию и проверочные мероприятия.
Антон Васильев, уполномоченный по правам человека в Алтайском крае