«Сегодня моей дочери было бы шесть лет»: репортаж из зала суда по делу Руденко

Пострадавшие и прокуратура добивались ужесточения приговора, а защита осуждённого – смягчения. Суд в результате решил, что Руденко будет отбывать 8,5 лет не на поселении, а в колонии общего режима. Значительно выросли и суммы компенсаций – с 15 до 21,5 миллиона рублей. Сам обвиняемый в суде участвовать отказался, его представлял адвокат Александр Марченко. От потерпевших присутствовали  Евгений Нагорнев,  он потерял жену и дочь, а сам получил травмы, его тесть Игорь Перфильев, а также Елена Корецкая. Её муж получил тяжелейшие травмы и инвалидность, а дочь погибла. Сегодня девочке исполнилось бы 6 лет.

Без комментариев о том, что происходило в зале суда. 

Е. Корецкая: «7 июня 2013 года я была самой счастливой женщиной на свете: у меня родилась дочка. Сегодня Таисии было бы шесть лет. К сожалению, не могу говорить. Настаиваю на самом жёстком наказании».

Е. Нагорнев: «Пускай он тоже лишится всего самого дорогого. Как я понял из его слов, самое дорогое для него – это деньги. Оставить ему эти 500 тысяч, которые он предлагает семье пострадавших. Госдума наконец-то приняла этот закон, ужесточающий наказания (за ДТП в состоянии алкогольного опьянения. – Прим. ред.), чтобы впредь подобные демоны пьяные, когда ездят, они бы хоть как-то задумывались, что они производят».

А. Марченко, адвокат обвиняемого: «Суд вправе признать смягчающим вину обстоятельством грубое нарушение со стороны потерпевших. Такие нарушения в ходе судебного следствия были установлены. Потерпевшей Нагорневой Марии были причинены только травмы головы. В случае наличия удерживающего устройства, такие травмы, естественно, не могли бы быть причинены. Я полагаю, что это явилось одним из условий, не причиной, но условием того, что наступили более тяжкие последствия, чем те, которые могли бы наступить».

Е. Нагорнев: «Касаемо детского кресла, того, что я дочь свою не пристегнул. Да, я виноват. Товарищ Марченко настаивает, что если бы я пристегнул, то ребёнок таких повреждений не получил бы. Давайте зачитаем, какие травмы получил ребёнок, кроме черепно-мозговой. Какие внутренние травмы. Да, я был пристёгнут, в итоге выжил. Но какой ценой».

А. Карбышев, адвокат пострадавших: «Уважаемый суд! Давайте с вами выйдем на улицу и спросим у людей: что такое колония-поселение? Когда на субботу-воскресенье можно прийти домой, когда можно взять отпуск, а при хорошем поведении можно через два года вернуться и забыть то, что произошло. Но как забудут потерпевшие, как они будут дальше-то жить?»

И. Перфильев: «Я считаю, что это достойное наказание. Именно общий режим, а не как ранее предполагалось, что это будет колония-поселение, где общежитие и всё это. За три жизни, за двух инвалидов, я считаю, это наиболее действенное наказание».

Е. Корецкая: «Жаль, что в нашей стране нет такой судебной практики, как в развитых странах мира, где за пьяные ДТП грозит и смертная казнь. Жаль, что случилось это с нашими близкими. Забыть нельзя, вернуть невозможно».