Пособница террористов отбывает срок в колонии Алтайского края и не может найти подруг среди заключённых

Не успела. И скоро о ней и её четырёх друзьях заговорила вся страна. 26 апреля 2024 года они подожгли пожарно-спасательный вертолёт Ка-32, который находился на аэродроме Остафьево. 

Впрочем, девушка физически не участвовала в поджоге, ждала парней в квартире. Говорит, ничего плохого они не сделали. Якобы думали, что работают со схемой отмыва денег на страховках. Криминал, но не серьёзный.

Осуждённая уверяет, что всего лишь жила с парнями на съёмной квартире, оплачивала её, готовила и вызывала такси. Но удивительно хорошо знает нюансы «работы» своих товарищей. 

Для начала им предложили поджечь четыре релейных шкафа. Они сожгли всего один, за это получили 15 тыс. рублей.  Потом куратор предложил работу подороже – поджоги поезда, самолёта и вертолёта. Выбрали вертолёт. За работу молодая компания должна была получить от «заказчиков» 3 млн рублей, но получила огромные сроки.

У Анастасии Мочалиной самый мягкий приговор – 12,5 года, которые она отбывает в Шипуново. Позже девушка подала апелляцию и дополнительно сократила срок на три месяца.

На момент теракта девушке было 19 лет. Совсем юная. Таких очень любят «кураторы» из недружественных стран и террористических объединений. Молодые люди – благодатный материал для вербовки. 

И чем моложе, тем лучше, поэтому враг не гнушается привлекать подростков. За первое полугодие 2026 года количество несовершеннолетних, причастных к террористическим преступлениям, увеличилось почти на 52%, сообщила председатель Фонда защиты детей Мария Львова-Белова. В Алтайском крае всё чаще выявляют такие преступления.

В Бийске подростки 16 и 17 лет подожгли релейные шкафы на железной дороге за 50 долларов США. Это 4,5 тыс. рублей, за которые им грозит до 20 лет лишения свободы.

Ещё один подросток сам вышел на украинские спецслужбы. Поджигать релейные шкафы и базовые станции ему помогали совершеннолетние товарищи. За это троица получила около 45 тыс. Взрослые проведут в колонии 21 и 23 года, а юный преступник – 6,5 года.

Но не деньгами едиными. Психологическая обработка идёт такая, что человек сам не понимает, зачем пошёл на преступление. У бийчанина были хорошие родители, крыша над головой. Но он решил уехать на Украину, чтобы участвовать в боевых действиях на стороне врага. Серьёзность намерений подтверждал переводами денег для ВСУ на беспилотники.

Теперь на нём целый ворох статей: содействие террористической деятельности, покушение на теракт и госизмена. За решёткой он проведёт 15 лет, причём первые два года – в тюрьме. Кроме того, его приговорили к штрафу в 100 тыс. рублей и ограничению свободы на год.

И, пожалуй, самая громкая история произошла в ноябре прошлого года. Трое парней планировали пустить под откос поезд. По заказу запрещённой в России террористической организации они попытались установить сбрасывающее устройство на участке железнодорожных путей. При задержании вооружённые до зубов диверсанты оказали сопротивление и были ликвидированы.

Анастасия Мочалина должна освободиться в 2036 году. Говорит, что будет бороться за сокращение срока, и такому рвению есть простое объяснение. За время нахождения в алтайской колонии девушка так и не смогла найти подруг. 

Дело в том, что статья о терроризме считается нерукопожатной. Почти у всех девушек, которые отбывают наказание, есть на воле близкие, родные, которые так или иначе связаны с СВО. Анастасии Мочалиной ещё предстоит понять, что «нестрашных» террористов не бывает и что клеймо террориста и экстремиста меняет всё. И в колонии, и за её пределами.